«Мы понимаем, что в преддверии чемпионата мира система будет закручивать гайки в отношении фанатов, но не до такой же степени. Первые встречи с блюстителями порядка у фанатов Байкала во время выезда в Улан-Удэ случались еще в Иркутске. Опера из ближайшего отдела подходили и досматривали вещи выездных, но всё обошлось. Общались корректно, только предупреждали, чтобы в столице Бурятии не барагозили.

Но по приезду в Улан-Удэ мы поняли, что сделать что-то веселое нам просто не дадут. Поезд с фанатами прибывал в 5:30 утра. После выхода из вагона нас сразу же встретили полицейские и под конвоем препроводили в ближайший отдел. Когда мы шли, то со стороны, наверное, сложилось впечатление, что поймали группу особо опасных рецидивистов.

На самом деле, встреча фанатов на вокзале - обычное занятие для полиции. У фанатов переписывают данные, снимают отпечатки. В этот раз процедура отличалась тем, что нас предупреждали, что нельзя хулиганить, при этом речь толкал не последний полицейский города в должности подполковника.

Собственно, это была не последняя встреча иркутян с полицейскими Улан-Удэ. На входе на территорию стадиона стоял Урал и Газель с ОМОНом. Я сколько гоняю на футбол, за последнее время ОМОН видел только на матче Байкала и ЦСКА.

Нужно было пройти 2 зоны досмотра. В каждой сотрудники хотели выпендриться друг перед другом, а заодно, прикрываясь погонами, позволяли себе общаться к фанатами Байкала, как с какими-то террористами, педофилами, наркобарыгами.

Барабан не пропустили, потребовали согласование с принимающей стороной. Это сделали. По непонятной причине не пропустили баннер, на котором написано всего-лишь «1957» (год образования профессионального футбола в Иркутске). Абсурдным был и тот факт, что от силы на стадионе было не больше 50 болельщиков, а полицейских - в 2 раза больше. При этом каждый строил из себя начальника и язвил в нашу сторону».